|
|
|
Страница 90 из 91
настолько эстетика Кампанеллы не в силах провести до конца неоплатоническую
систему категорий; она вносит в нее весьма интенсивные научно-эмпирические
элемент ы, для которых не было достаточных оснований в философской системе
Кампанеллы и которые могли бы получить для себя обоснование только на путях
дальнейшей, уже невоз-рожденческой науки.
Кампанелле принадлежит еще и общественно-политическая теория утопии,
указывающая тоже на определенного рода эстетические установки философа. Но
об этом мы будем говорить ниже (с. 565 - 567), там, где мы коснемся вообще
этих теорий нисходящего Ренессанса.
Глава четвертая. ФРЭНСИС БЭКОН (1561 - 1626) И ЕГО СИМВОЛИЧЕСКАЯ ЭСТЕТИКА
Склонность к яркой чувственности - возрожденческое детище у Бэкона
Если твердо стоять на путях постепенного логического развития
возрожденческой эстетики, то сейчас нам придется перенестись из Италии в
одну из северных стран и поговорить о знаменитом основателе индуктивного
эмпиризма в Англии Ф.Бэконе. Этому философу то же мало повезло в истории
философии. Его всегда хотели сделать чистым эмпириком и чистым
индуктивистом, тогда как он все еще продолжал собою линию Ренессанса, правда
упадочного. Мы уже знаем, что оценка Бэкона как эмпирика, пытающегося
хвататься за остат ки платонизма или аристотелизма, нисколько не снижает
исторической ценности подобного рода мыслителей позднего Ренессанса не
снижает она и ценности самого Бэкона. О его эмпиризме и индуктивизме никак
нельзя забывать; это всегда было у Бэкона, и этого нел ьзя отбрасывать.
Наоборот, все его наивное и ребяческое бахвальство чувственными ощущениями,
все эти заявления, что существуют только единичные вещи, вся эта борьба с
человеческими предрассудками в науке, и все эти, иной раз слишком дотошные и
скучные, и ной раз даже назойливые указания на эмпирию, на эксперимент, на
терпеливый анализ наших ощущений, вся эта убежденность в абсолютной
значимости человеческого знания - все это есть подлинное достояние
Ренессанса, который всегда любил яркую чувственность и
для которого факты человеческого опыта всегда играли первостепенную роль.
Эта сторона философии Бэкона настолько много раз излагалась и
анализировалась и настолько вошла во все учебники что мы сейчас даже не
будем подробно касаться такого рода предметов, а вместо этого займемся
другим. Это другое есть результат именно Ренессанса, и, кроме того,
Ренессанса позднего, Ренессанса периода разложения.
Именно Ренессанс заставил Бэкона погрузиться в яркую человеческую
чувственность и базировать все знание на чувственности. Но Ренессанс Бэкона,
как и всякий поздний Ренессанс, уже не умеет безупречно объединить яркую
человеческую чувственность и ее неопла тоническое обоснование. Здесь мы тоже
находим внеличностное построение человеческого знания и объективного мира
как предмета этого знания. И покамест у Бэкона речь идет об установлении
индуктивных закономерностей, тут как будто для него достаточно внелич
ностного мировоззрения. Но когда Бэкон начинает строить свою систему мира в
целом, то здесь опять выступают на первый план его учения об идеальных и
субстанциальных формах вплоть до учения о творце мира и о бессмертии души.
Традиционные изложения философии Бэкона грешат в двух направлениях: они
основаны на непонимании возрожденческой яркой чувственности, лежащей в
основе индуктивизма Бэкона, и они слишком пренебрегают
антично-средневековыми элементами философии Бэкона, кото рые тоже делают эту
философию возрожденческой, хотя и не очень легко формулируемой. Однако
сводить всю эту философию только на один эмпиризм и индуктивизм - это значит
отвергать подлинно прогрессивный характер такой философии, поскольку она у
философа сл ишком уж полна разного рода наивностей и детского барахтанья
среди бесконечного моря чувственных вещей. Поэтому нам хотелось бы изложить
эстетику Бэкона именно как определенный период Ренессанса и только после
этого добиться подлинного понимания ее истор ической значимости.
Главнейшие категории, вытекающие из фиксации яркой чувственности
Прежде всего нам хотелось бы выдвинуть в воззрениях Бэкона на первый план
именно то, что мы сейчас назвали яркой чувственностью, характерной вообще
для всего Ренессанса. Еще раньше всякой теории индукции Бэкон погружается в
материальный мир и буквально з ахлебывается в бесконечных проявлениях этого
мира. Вот, например, как он описывает разные, по его словам далеко еще не
все, состояния материи: "...сгущенное, разреженное; тяжелое, легкое;
горячее, холодное; осязаемое, газообразное; летучее, связанное; оп
ределенное, текучее; влажное, сухое; жирное, тощее; твердое, мягкое; ломкое,
тягучее; пористое, плотное живое, безжизненное; простое, сложное; чистое,
|
|
|
|
|
