Художник, которому предстояло стать истин­ным вождем романтизма, был Эжен Делакруа (1798—1863). Сын бывше­го члена революционного Конвента, видного поли­тического деятеля времен Директории, Делакруа вы­рос в атмосфере художест­венных и политических салонов, девятнадцати лет оказался в мастерской классициста Герена и ис­пытал с юношеских лет влияние Гро, но более все­го — Жерико. Гойя и Рубенс всю жизнь были для него кумирами. Несомненно, что его первые работы «Ладья Данте» и «Хиосская резня» написаны — при сохранении независимости — прежде все­го под стилевым влиянием Жерико. Живущий интенсивной духов­ной жизнью, образами Шекспира, Байрона, Данте, Сервантеса, Гёте, Делакруа вполне естественно обращается к сюжету великого творения итальянского гения. Он написал «Ладью Данте» («Барка Данте», «Данте и Вергилий», 1822) за два с половиной месяца (размер картины 2х2,5 м), вызвал огонь критики, но с восторгом был принят Жерико и Гро. Впоследствии Мане и Сезанн копиро­вали это раннее произведение Делакруа.

Полотно Делакруа полно тревожного и даже трагического на­строения. Тень Вергилия сопровождает Данте по кругу ада. Греш­ники цепляются за барку. Их фигуры в брызгах воды на фоне адского зарева огней классически правильны по рисунку и пластике. Но в них такая внутренняя напряженность, такая необычайная мощь, мрачность и мучительная обреченность, какие были невозможны для представлений художника «Школы».